Arabic.ru - арабский язык и мир изучения арабского языка
Arabic.ru - арабский язык и мир изучения арабского языка
            

   Где и как его учат

Самостоятельно

Знакомство с методом "Параллельные тексты"

Ф.Ф. Нестеров

назад

"Скажи-ка дядя…" или предыстория пособия

В феврале 1953 года мною было принято "судьбоносное" решение - поступать в Институт международных отношений. Последний учебный год десятилетки плавно покатился к своему концу, и мне нужно было поторапливаться с осуществлением своего грандиозного замысла. МГИМО подходил для меня "по всем параметрам", зато вот я не подходил ему по одному - по языку, так как с другими предметами все было более или менее в порядке.

Наша московская 425-ая средняя школа была школой самой обычной, т.е. не специализированной ни в каком направлении, а уж в языковом - менее всего. Из года в год, с 5 класса по 10-ый, мои "успехи" во французском языке оценивались однозначно - на "четыре", что говорило как о любезности, так и о хорошем вкусе преподавательниц: "тройка", хотя истине соответствовала куда больше, плохо смотрелась в блестящей шеренге "пятерок". До сократической мудрости я успел дойти ранее десятого класса, уразумев что память у меня дырявая и для меня учить язык - все равно, что носить воду решетом.

Между тем на "дне открытых дверей" в МГИМО, состоялся он именно в конце февраля, нас, будущих абитуриентов, известили о том, что вступительный экзамен по иностранному языку считается главным - настолько главным, что, в отличие от прочих вузов, поставлен будет по порядку сдачи перед всеми прочими, даже перед "сочинением", т.е. перед письменным экзаменом по русскому языку и литературе. От нас не скрывали и того, что большая часть поступающих после него "отсеится", что намного облегчит работу прочих экзаменаторов. В целом картина получилась достаточно инфернальной.

Как быть? Ни о каком репетиторе и речи быть не могло - материальное положение семьи не позволяло взять его. Да и какой репетитор взялся бы за подготовку к такому экзамену всего лишь за март, апрель да половину мая? Родные принялись отговаривать: чего-де на рожон-то лезть - все равно не перепрыгнуть; "нашему теленку да волка бы съесть…" и пр. но я уже успел закусить удила, рыл копытом землю и пускал огонь из ноздрей. Мне казалось, что куда менее позорно потерпеть поражение, нежели благоразумно отступить, не принимая боя.

Вот только тогда-то я пристал к двум своим дядям с расспросами, как это они изучали иностранные языки в дореволюционной гимназии. Один из них, старший, успел к 1918 году закончить IV московскую неполную классическую, здание ее у Покровских ворот сохранилось и поныне, другой, младший, учился в какой-то частной гимназии, но завершил свое среднее образование уже в советской школе.

Меня больше интересовало не то, что делалось в классах, а то, какое домашнее задание они получали и как его выполняли.

Читатель об ответе, наверное, догадался. Секрет скоростного изучения сводился всего лишь к чтению иностранного подлинника посредством русского перевода с него, который использовался как шпаргалка. Это и был в чистом виде метод параллельных текстов, хотя ни дяди, ни их племянник того не ведали. Да вот еще что! У преподавателей было обыкновение не только требовать правильного перевода текстов, но - и спрашивать лексику "вразбивку". К примеру, латинист произносил слово на языке древних римлян, а затем - какую-либо фамилию, произвольно взятую из журнала. Вызванный должен был дать эквивалент по-русски, не поднимаясь с места, немедленно, без раздумий и напряжения памяти - иначе, вопрос переадресовывался кому-то другому. Замешкавшемуся грозило снижение балла за неделю. Потом он таким же образом опрашивал перевод с русского на латынь… "Все это держало нас в состоянии нервного напряжения, и мы, чтобы от напасти избавиться, вынуждены были иностранные слова и обороты заучивать". А как? И мне не только рассказали, но и показали - КАК.

Внимательно прочитав от начала до конца грамматику французского языка по книге Сырейщиковой (инициалы, к сожалению, не удержал в памяти), приступил к систематическому освоению содержания учебников, к счастью, у меня сохранившихся за 8, 9 и 10-ый классы. Меня, помнится, поразила свежесть впечатлений от встречи с ними - забыты они были так основательно, будто я никогда и не раскрывал их ранее. Не с меньшей основательностью "прошел" их вторично: заучив лексику, данную в конце каждого урока, читал содержащие ее тексты, заучивал парадигмы неправильных глаголов и пр. на все это ушел один месяц - март. До сих пор не могу уразуметь, зачем в школьной программе тот же объем работы растянут на три года?

Покончив с учебниками, я перешел к чтению параллельных текстов. В отличие от Бетти из рассказа С. Моэма, тексты эти я не только читал, но и содержащуюся в них незнакомую лексику педантично заучивал, предварительно выстроив два столбика из французских и соответствующих им русских слов. Лексический материал я черпал из сопоставления еженедельника "Новое время" с переводом его на французский.

Первая пара "близнецов" была проработана мной с великим трудом, вторая - с гораздо меньшим, а третий номер "Нового времени" я уже читал легко, практически более не обращаясь к его русскому двойнику. Потребовалось около недели на то, чтобы, увеличивая изо дня в день число заучиваемых лексических единиц, довести его до нормы в 100 единиц за день; "планку" эту можно было бы, наверное, поднять и выше, но я довольствовался достигнутым. Сколько времени уходило у меня на это заучивание? Если учитывать лишь "чистое" заучивание, опирающееся на два заранее выписанных столбца слов, французских и русских, то затрата времени на 100 единиц в начале моей работы с параллельными текстами, точнее, в первый день по достижению этой нормы, равнялась 90 минутам, а в конце его - 45 минутам. Всего же этот период, второй этап подготовки ко дню "Страшного суда", занял полтора месяца.

На вступительном экзамене по французскому я получил - "4", проходной балл. В нашем "потоке" не было ни одной "пятерки", но зато и не одной "двойки", только "четверки" и "тройки", причем первые соотносились со вторыми как 1/10. Первый и самый высокий барьер на пути в МГИМО был взят.

На первом курсе, сказать по правде, мне было не до французского. Появилась масса новых забот. Среди них на первом месте стоял, естественно, арабский язык. Французский нам принялись преподавать с "нуля", очевидно, именно так оценивалось качество преподавания того же предмета в средней школе, так что и мои затраты времени в том, что касается выполнения домашних заданий, практически тоже были равны нулю. Все с французским языком шло гладко, и лишь желание довести раз начатое дело до его логического конца заставило меня еще раз обратиться к параллельным текстам.

Дело уже было во втором семестре, а сводилось оно сначала к чтению трех-четырех страниц параллельных текстов перед сном конечно, без выписывания и заучивания слов. Просто читал я французскую фразу, делал мысленно ее перевод, сравнивал его с русским переводом французского романа и переходил к следующей фразе. Занятие, скажу по правде, куда более увлекательное, чем разгадывание кроссвордов. Не могу сказать, как долго оно продолжалось, по той причине, что возвращался к нему вовсе не каждый вечер. Как бы то ни было, до весенней сессии мне удалось таким "ленивым способом" одолеть "Королеву Марго" А. Дюма, "Хронику времени Карла IX" П. Мериме и "Милого друга" Г. Мопассана, после чего надобность в русском тексте миновала, а чтение французской художественной и исторической литературы превратилось в постоянную составляющую моей жизни.

Итак, мною были испытаны оба мыслимых варианта работы с параллельными текстами - с выписыванием в два столбца и заучиванием лексики. Какой из них предпочтительнее? А это уж с какой точки глядеть. Второй, конечно, комфортнее. Зато первый эффективнее, причем, как легко подсчитать, примерно в три раза. Бетти читала латинские тексты параллельно с переводами, судя по всему, именно "лежа на боку" - и освоилась с латинским языком за девять месяцев "ленивых" занятий. Гимназист Милюков приобрел навыки свободного, т.е. бессловарного, чтения английской литературы на романе Ш. Бронте за три месяца. Он же повторил тот же опят, но уже с итальянским языком несколько лет спустя, прочитав в подлиннике - и наверняка с помощью параллельного текста, русского, французского или немецкого, - роман Манцони "Обрученные". И опять-таки примерно за три месяца. Что вполне согласуется с моим личным опытом в период подготовки к поступлению в МГИМО. В течение полутора месяцев: 100 лекс. ед. в день, умноженные на 45 дней, дали мне 4500 лекс. ед. Три месяца такого же рода занятий обеспечило бы усвоение 9 тыс. иностранных слов и оборотов. Да какой же язык способен противостоять такому натиску?!

О том, как натиск этот организовать, пойдет речь в заключительной части вступительного очерка, в "Руководстве к пользованию".

назад

 

Где и как его учат
Реклама
Отдых в арабских странах

Туристические поездки по Сирии и Иордании. Подробнее...
 
Реклама
Арабский язык за рубежом

Курсы арабского языка в Каире. Подробнее...
 
Реклама
Арабский перевод

Перевод текста с русского на арабский и с арабского на русский. Подробнее...
О сайте | Об Арабском | Как Его Учат | Форум | Почитать | Послушать | Арабский Мир | Поиск по сайту

 
© Copyright 2005-2011, arabic.ru
 
Яндекс цитирования Arabic.ru   Рейтинг@Mail.ru       Ссылки на Arabic.ru
Go Ahead: создание, раскрутка, продвижение и реклама сайта