Почитать

На русском

Аль-Мутанабби в переводе с арабского означает "выдающий себя за пророка".
Арабский поэт Абу-т-Тайиб Ахмед ибн аль-Хусейн в 933 г. объявил себя пророком, за что был брошен в тюрьму.

Его перу принадлежит диван, состоящий из 289 касыд и небольших поэтических отрывков (мактуат). Касыды делятся на 5 циклов: "Шамият", "Сейфият", "Кяфурият", "Амидийат", "Ададийат".

Специалисты называют Мутанабби поэтом - новатором, который завершил длительный процесс развития средневековой арабской поэзии. Традиционные для доисламского периода сдержанность и суровость сменились в его касыдах красочностью описаний, насыщенных гиперболами и космическими сравнениями. Стихи Аль-Мутанабби совершенны в звуковом отношении.

Аль-Мутанабби был убит неким Фатихом аль-Асади за сатиру, высмеивающую его сестру.

***

Доколе, живя в нищете, бесславную долю
Ты будешь покорно сносить, - доколе, доколе?

Ведь если ты честь обрести не сможешь в сраженье -
То, чести не обретя, умрешь в униженье.

Так, веруя в бога, лети с оружьем в руках:
Для гордого гибель в бою - как мед на устах!

***

О, сколько вас, подобно мне, израненных, убитых
Девичьей шеи белизной, румянцем на ланитах

И блеском этих глаз, больших, как у степных коров, -
Вконец измучен, из-за них погибнуть я готов.

Чудесна юность, славно жить, пока ты молод, витязь, -
дни в Дар-Асла, дни любви, вернитесь, возвратитесь!

Пусть жизнь твою продлит аллах, - пока ты бодр и юн,
Немало в бусах и платках встречаешь гордых лун.

Вонзая острия ресниц,.на стаи стрел похожи,
Их взоры ранят нам сердца, хоть и не ранят кожи.

Тягучими глотками пьют они из губ твоих,
И слаще фиников уста красавиц молодых.

Они стройны, нежней вина, но в них и сила скрыта:
Их своенравные сердца - из крепкого гранита.

А волны их волос черней вороньего крыла,
И ни морщинки на лице судьба не провела.

О, запах девичьих волос, - как бы в одном настое
В нем с маслом розовым слились и амбра и алоэ.

Улыбку дарит нам она прохладным тонким ртом,
И мускус локоны струят, играя с ветерком.

Давно, красавица, с тоской сдружила ты Ахмада,
С бессонницей - его глаза, а тело - с мукой ада.

Тебе - все естество мое, тебе - и сон и явь,
Твори, что хочешь: боль мою убавь или прибавь.

Не может не страдать герой, добычей став твоею:
Я пленник локонов твоих и этой гибкой шеи.

Пить не грешно хмельную кровь из виноградных лоз, -
Так напои того, кто в дар любовь тебе принес.

Явился я в расцвете сил - и все, чем я владею,
Всего себя отдам тебе, от страсти пламенея.

К сединам ранним приглядись, к слезам и к худобе;
Они - свидетели любви, моей любви к тебе.

Коль ты порадуешь меня хоть кратким единеньем,
Три дня отказа я снесу с безропотным терпеньем.